Под крылом вертолета | CBS MEDIA
CBS MEDIA

Под крылом вертолета

Наша страна  отмечает немало символичных военных дат. Если внимательно присмотреться к календарю, то можно сделать вывод, что последний месяц лета в большей степени посвящён авиации.

Хотя Золотухинский район не является центром сосредоточения войсковых формирований, о военном деле местные жители знают не понаслышке.Здесь проживает немало кадровых офицеров.

Недавно нам удалось встретиться и пообщаться с проживающем в местечке Свобода боевым офицером авиации, вертолётчиком, майором запаса Куриловым Игорем Жоржовичем. Его имя многим читателям уже фото авторазнакомо, но история этого человека заслуживает отдельного описания.

-У каждого человека интерес к своему делу зарождается по разному. У меня в этом плане было всё довольно просто. Старший брат поступил в Харьковское военное инженерное училище. Будучи уже курсантом, он как-то раз приехал в отпуск домой и рассказал о перспективах профессии военного лётчика. Я заинтересовался и начал подтягивать учёбу, выправлять оценки, чтобы было больше четвёрок — пятёрок. После медкомиссии в военкомате нам с товарищем, который тоже поступал в военный ВУЗ, выдали направления и организовали бесплатный проезд до места. Там нас записали в группы, поселив в казармы, и с того момента началась подготовка к экзаменам. Перед этим ещё раз все прошли медицинское освидетельствование. Те люди, которых не одобрила коллегия врачей, уехали домой, а кто остался, начали сдавать экзамены. После поступления мы прошли курс молодого бойца, затем приняли присягу, а потом начались авиационные будни.

Сознание многих молодых людей подвергается романтизму авиации. Благодаря этому чувству они ставят перед собой цели и достигают их. Становясь курсантами, вчерашние юноши сполна ощущают на себе всю суть армейской жизни. Постоянная учёба с изучением предметов, о которых в школе даже не слышал, регулярное совершенствование физической подготовки. Однако всё, что происходит в учебный период направленно на формирование военной дисциплины. Как рассказывает Игорь Жоржович, они начинали летать уже с первого курса. Сегодня же курсант должен два года проучиться, после чего его подпустят к вертолёту.

-Пришли к мнению, что слишком отчаянно давать вчерашнему школьнику в руки штурвал. За полгода надо было выучить радиоэлектронику, сопромат, материальную и инженерную части, работу двигателей и агрегатов. Понять за это время, как всё собрать вместе, чтобы оно крутилось, да ещё и летало, сложно. Поэтому я считаю решение о начале лётной подготовке со второго курса правильным.

Вспоминая историю, можно увидеть, что восьмидесятые годы прошлого века у большинства людей ассоциируются с афганской кампанией. Это, в свою очередь, способствовало тому, чтобы некоторые военные учебные заведения делали ускоренные выпуски. Подобная практика коснулась и Сызранского вертолётного училища, где постигал основы управления вертолётом Игорь Жоржович.

-Я выпускался в 1984 году, это был первый полноценный выпуск, в отличии от нескольких предыдущих. Все те, кто заканчивал учёбу в 1983, уже в мае стали лейтенантами, а в моём случае офицерские звания мы получили только в октябре.

Во времена СССР существовала тенденция распределения людей на рабочие места. Сегодня это сохранилось лишь в некоторых образовательных структурах. Военная карьера Игоря Жоржовича началась с Забайкальского края, где находится интересный город Могоча.

-Немаловажно куда попадёшь служить. Раньше считалось, что если отслужишь на Дальнем Востоке или в Забайкалье, то больше туда не пошлют никогда. Дальше может быть Германия, Венгрия, Чехословакия или центральная часть России. После училища я попал в Могочу, это было, наверное самое страшное место на тот момент в авиации. Есть одна пословица: «Бог создал Ялту и Сочи, а чёрт — Сковородино да Могочу». Сковородино — Дальний Восток, а Могоча — Забайкалье. До аэродрома — три километра, а машина то есть, то её нет. Жилищные условия плохие, такое же и питание. Тогда я впервые узнал, что есть порошковая картошка и яйцо. До этого у меня даже мыслей не возникало, что из порошка могут делать еду. В конце восьмидесятых это место закрыли, но правда отсюда мне пришлось сходить в Афганистан. Это уникальная республика. На тот момент (1989 год) люди там жили в пятнадцатом веке, соответственно одевались, однако в магазинах было всё, начиная с продовольствия и заканчивая различной техникой, такой, что у нас и в двадцатом столетии не было.

Жизнь военного лётчика сложна, но интересна. После Афганистана Игоря Жоржовича направили в Германию.

-Наша часть базировалась на аэродроме Стендаль. Здесь, в отличие от предыдущего места службы вся работа осуществлялась строго по уставу. Если мы в Могоче летали два вертолёта в месяц, то в Германии — двадцать вертолётов. Также осуществляли авиаперехват низколетящих целей. Кто-то заблудится, залетит на территорию ГДР, а мы их сажаем. Поэтому серьёзная боевая учёба была именно за границей.

После Германии эскадрилья, в которой служил Игорь Жоржович, была направленна в Курск на базу ДОСААФ, где в последствии построили временные вертолётные площадки. Отслужив четыре года в соловьином крае, капитан Курилов отправился в село Алакуртти Мурманской области.

-Когда мы выводили войска из Германии, немцы предложили нам построить несколько военных городков. Один соорудили в районе Прибылово в Ленинградской области, а второй — в Алакуртти. Располагается он в двадцати километрах от Финской границы. Чтобы доехать до него от Кандалакши, надо проделать путь длиной в триста километров по бездорожью. Но городок, который там выстроили, заслуживает всяческих похвал. Котельная может отопить два Санкт-Петербурга. Жилось там хорошо, однако было одно «но» — снег. Он, как песок, и идёт сутками напролёт. Засыпает по самую крышу. Утро начиналось с чистки аэродрома. До обеда убрали, после него приходим — опять всё засыпано. Кроме того, поскольку это — арктическая территория на ней присутствуют определённые природные особенности. Например, шесть месяцев зимы и полгода лета, то же самое происходит со временем суток. Можно выйти в два часа ночи на улицу, а там будет светло, как днём.

Рассказы военных людей можно слушать до бесконечности, между тем было интересно узнать, как боевой офицер смотрит на современную подготовку военных пилотов.

-В одно время, когда Министерство обороны возглавлял Сердюков, у нас была серьёзна брешь в образовании. Все три вертолётных училища — Уфимское, Саратовское, Сызранское — были закрыты, но сегодня это время прошло. Если бы подобная пауза затянулась лет на десять, то тогда бы мы потеряли всю авиацию.

Сегодня Игорь Жоржович — офицер запаса, то есть ещё может служить. Какие же перспективы перед ним открываются?

-Я недавно пытался перейти в гражданскую авиацию, но столкнулся с определёнными трудностями. Для реализации подобных планов мне надо пройти переподготовку, по завершении которой я получу удостоверение гражданского пилота. Чтобы всё это удалось реализовать, нужно довольно немало денег.

Сегодня Игорь Жоржович живёт в своём доме, периодически его приглашают оценевать строевую подготовку кадетов из различных школ. До недавнего времени он и сам вёл военные дисциплины у школьников. По его словам, некоторые из его воспитанников впоследствии с благодарностью вспоминают, как он их учил маршировать. Сегодня же, несмотря на свой большой опыт, он не может преподавать из-за отсутствия соответствующего диплома.

Люди, подобные Игорю Жоржовичу, несут в себе целую историю страны. Именно с их стороны идёт идеологическое просвещение молодёжи, но чтобы оно реализовывалось надо чаще организовывать различные встречи.

Читать на Яндекс Дзен.

Pin It on Pinterest