Мир глазами пекинеса Феликса | CBS MEDIA
CBS MEDIA

Мир глазами пекинеса Феликса

 

В августе, братушки, совершил я экспедицию в Александровск-Сахалинский. Ну, что сказать? В плацкарте душно и мало места. Не побегать, не подурачиться. Игрушку мою — любимого резинового ежика забыли взять. Спасибо в переноску не заставили вползать. Я ее не люблю, и сразу сгрызать начинаю. Душа у меня такая.
Правда, в Поронайске минут 20 помотался на вокзальчике. Промаркировал несколько столбиков и фонарей. Впрочем, сам поезд отметить не удалось. Слишком далеко для меня от края перрона. Да и стрёмно. Он такой необъятный, да с коломенскую версту. Потом, несколько неприкаянных соплеменников пробежали по дебаркадеру. Хотел я им дать по шапке! Да перебродило потом… Не стал я в них ужас вселять. Им и так сирым неблестяще, хоть волком вой. А тут еще я со своим зоологически свирепым характером.
Конечно, пришлось чуть трухнуть, когда паровоз задудел перед отправлением. А чо орать-то во всю глотку? Что здесь глухие, что ли сидят… Прямо, удовольствие ниже среднего.
А так в общем, как говориться, отсюда поподробней…
На другой день решили смерить милю до моря. Там из воды, как из-под пятницы суббота, три булыжника несуразно торчком стоят. «Три Брата» называются. Барин со своей императрицей верещали от восторга, что поросята при виде помойки.
Конечно, потащили на эти камни и меня. Слава Создателю, водица была теплой. Благо еще был отлив. Я-то плавать умею, а вот предприниматели мои – весьма сомнительно.
Похлюпали мы по морю до этих скал. А они — громадные, как будка у соседского алабая. Клейма ставить некуда. А наверху чайки всякие сидят и меня своим рёвом сердят.
Хотел я их взбучить, да император возжелал со мной сфоткаться. Сгрябчил меня на руки, а какой-то неизвестный дядя с пузом, щелкнул нас на фотоаппарат. Я там, словно последний чихухуа выгляжу, простите за выражение. Хотя на самом деле я в брахицефальной категории. Ну, это из тех, что с милой приплюснутой мордашкой.
Вернулись поздно. Устал, конечно же, как собака. Зато бояре навалили мне кучу ужористой вкуснятины. Какой-то там выдающийся собачий фарш. Назюзился я до отвала, так, что на следующее утро пришлось две-три других кучи сделать во дворе за домом. Зато ночью спал сном праведника.

Вот такая у меня собачья жизнь сложилась в этот, в общем-то, обыкновенный для пекинеса, день. Милости просим к нам на Сахалин.

Pin It on Pinterest