Евгения Левина: Я – самоироничный человек, поэтому часто смеюсь над собой!» | CBS MEDIA
CBS MEDIA

Евгения Левина: Я – самоироничный человек, поэтому часто смеюсь над собой!»

«Последней каплей», то есть моментом принятия окончательного решения явились события 2014 года и то, как их восприняло большинство населения России.

По поводу эмиграции существует два противоположных мнения: если одни  считают её чуть ли не курортом, то другие сравнивают эмиграцию с адом. Как же всё обстоит на самом деле? Я решил побеседовать на эту тему с юристом Евгенией Левиной , которая сравнительно недавно переехала с семьёй на ПМЖ в ФРГ.

— Женя, ты не так давно живёшь в Германии. Чем был вызван твой переезд в эту страну? Что стало «последней каплей» для принятия такого непростого решения?

— Сразу скажу, что мой случай – это не «колбасная» эмиграция. Я жила в Москве, мы с мужем оба неплохо зарабатывали и были типичными представителями так называемого среднего класса. Коротко основную причину своего отъезда я бы сформулировала так: желание жить в обществе, ценности которого я разделяю. Меня не устраивали происходящие в России перемены, курс на авторитаризм, подавление всех возможных свобод, полицейский беспредел. Думаю, что вопрос о причинах отъезда из России в последние годы носит скорее риторический характер. Многие люди моего круга и моего образа мыслей либо уже уехали, либо «сидят на чемоданах». К сожалению, такова реальность. «Последней каплей», то есть моментом принятия окончательного решения явились события 2014 года и то, как их восприняло большинство населения России. Именно тогда стало ясно, что оставаться там дальше невозможно. Кроме того, в этот период произошли и некоторые личные, семейные события, которые также подтолкнули к переезду. В общем, в какой-то момент «пазл сложился», и решение было принято. Мы с мужем начали подготовку к отъезду. В начале 2019 года мы переехали.

— Ты переехала не одна, а с семьёй. Расскажи, пожалуйста, о членах твоей семьи.

— С мужем мы вместе уже 20 лет. У нас есть сын, которому сейчас 14, а на момент переезда было 13 лет. Наши с мужем жизненные ценности и взгляды всегда совпадали. Я вообще считаю, что это, пожалуй, одно из главных условий счастливой семейной жизни. По основным жизненным вопросам у нас никогда не было серьезных разногласий, поэтому и решение об эмиграции мы приняли вместе без долгих дискуссий. Мой муж – программист. После переезда он за несколько месяцев нашел отличную работу в крупной и известной немецкой компании. Мы все трое приехали в Германию с неплохим немецким, но особенно преуспел в этом муж. Что касается сына, то сначала его определили в интеграционный класс, как и всех иностранных подростков его возраста, приезжающих в Германию. Через несколько месяцев он успешно сдал тесты по нескольким предметам и поступил в гимназию. Мой сын – амбициозный и целеустремленный юноша. Увлекается историей, политикой, лингвистикой, занимается спортом. Он очень мотивирован на учебу. Разница между учебой в гимназии здесь и в России огромная. И она не в пользу России.

— Насколько твои представления о ФРГ оказались верными? Что тебя больше всего поразило и удивило в первое время?

— Я очень серьезно готовилась к эмиграции. Учила язык, регулярно ездила в Германию в качестве туриста, собирала информацию, много читала немецкие группы, форумы в социальных сетях и т.д. Поэтому у меня вообще не было никаких иллюзий или ожиданий, которые бы не оправдались. Удалось обойтись без «розовых очков». Все основные плюсы и минусы страны, в которую я ехала, были мне известны заранее. Поэтому меня ничего особенно не поразило и не удивило. Реальность оказалась такой, какой я её себе и представляла.  Ну может быть с небольшими допущениями.

— Cтолкнулась ли ты здесь с такими понятиями как «дедовщина»[i]  и «хлестаковщина»[ii] ?

— Нет, ни с чем подобным я не сталкивалась. Скорее – наоборот. Я довольно много общаюсь с русскоязычными эмигрантами из стран постсоветского пространства. У нас с мужем нет в Германии близких родственников или друзей, которые обычно помогают вновь прибывшим советами и делятся информацией. Мы приехали одни и рассчитывали только на свои силы. Поэтому та информация, которой охотно делились со мной на первых порах бывшие соотечественники, часто бывала полезной. Я и сама всегда с радостью делюсь той информацией, которую знаю. Многие рассказывают про суровые нравы, царящие в эмигрантских кругах. Но я с таким не сталкивалась, по крайней мере – пока. Мне вообще везет в жизни на хороших людей.

— Есть ли в Германии вещи, которые тебя раздражают?

— Разумеется. В Германии решение очень многих вопросов отдано на откуп чиновников. Закон часто может толковаться весьма широко. Это приводит к тому, что в двух абсолютно одинаковых ситуациях два разных чиновника могут вынести прямо противоположные решения. Радует одно. Ты всегда можешь обжаловать решение чиновника в независимом суде. Кроме того, раздражает ситуация с доступностью медицинской помощи. Сразу оговорюсь, что к качеству медицины у меня нет никаких претензий, оно очень высокое. А вот с доступностью медицины для жителей Германии проблемы есть. Население Германии растет, а врачей катастрофически не хватает. Особенно остро эта проблема ощущается в небольших городах. Экстренную помощь тебе окажут своевременно, с этим, к счастью, все хорошо. А в других ситуациях, не экстренных, но тоже довольно срочных, попасть к специалисту бывает проблематично. Я, например, столкнулась с тем, что в городе, в котором мы сейчас живем, а также в его окрестностях, вообще невозможно попасть к врачу. Проблема даже не в том, что этого надо несколько месяцев ждать, а в том, что ни один врач в принципе не берет новых пациентов. Вообще ни один! В результате мы ездим к врачам в соседний более-менее крупный город за 60 километров. Я считаю, что немецкие власти явно недооценивают эту проблему.

— Чем ФРГ отличается от России и других постсоветских стран?

Боюсь, что перечисление всех отличий займет несколько страниц. Отмечу то, что, на мой взгляд, является главным. Это – уважение к человеку. К любому человеку. Будь то коренной немец, мигрант, беженец, человек с ментальными или физическими особенностями. Не имеет значения. Человек здесь – главная ценность, и это не пустой звук. Уважительное отношение ты встречаешь везде: в кабинете чиновника, в школе, в больнице, в полиции, в магазине, в транспорте. Везде. В России тебя уважают только там, где ты платишь деньги. И то не всегда. Здесь я ни разу не сталкивалась с грубостью или хамством чиновников. Конечно не все встречали меня с распростертыми объятиями, но все и всегда были вежливы и соблюдали приличия. Больницы в Германии вообще мало похожи на российские, и дело не только в бытовых условиях, технической оснащенности и в качестве медицинской помощи. Разница прежде всего в отношении к пациенту и его родственникам. Многое на уровне ощущений, это трудно передать словами. Но то, как с тобой разговаривают, как проводят осмотр, как объясняют смысл всех проводимых процедур и исследований, очень сильно отличается от того, как это происходит в России. Тут нет, например, часов посещений. Навестить человека в больнице можно в любое время. Никто тебя не выгонит и не нахамит. Когда у моего сына случилась экстренная операция, мне предложили сопровождать его в операционную, где готовый к операции медперсонал стоял и ждал, пока мы поговорим, и я скажу сыну слова поддержки. Они даже деликатно отошли в сторону, хотя никто из них не понимал русский. Ты спрашивал, что меня сильно поразило в первое время. Отношение к людям в больнице меня поразило очень сильно. Хотя, на самом деле, такое отношение – это нормально.  Ненормально то, что происходит в России.

— Я знаю, что тебе пришлось сменить место жительства. С чем это было связано и как прошёл переезд?

Да, сначала мы жили в Нюрнберге, а потом пришлось переехать в окрестности Меммингена, небольшого города на юго-западе Баварии. Переезд был связан с работой мужа. Я работаю удаленно на своих российских клиентов, поэтому для моей работы не имеет значения, где я физически нахожусь. А вот сыну пришлось переводиться из гимназии Нюрнберга в гимназию Меммингена. Переезд в психологическом плане прошел для меня очень тяжело. В Нюрнберге я прожила восемь месяцев. За это время успела обзавестись кругом общения, друзьями. Появились знакомые врачи, отличный парикмахер, места в городе, в которых мне нравилось бывать. Да и сам Нюрнберг я очень полюбила. И вот снова переезд в место, где я никого и ничего не знаю. Было действительно трудно, но такова уж наша эмигрантская доля.

— Место, где ты живёшь, называется Lachen. Если его перевести с немецкого, то получится «смех». Многое ли у тебя в Германии вызывает смех?

-Есть еще другой перевод слова Lachen: лужи. Какой из переводов релевантный, я не знаю. Что касается смеха, то я — самоироничный человек, поэтому часто смеюсь над собой.

— Насколько коренные немцы отличаются от нас в ментальном плане?

— Мне в целом очень близок немецкий менталитет. Все эти стереотипы про любовь к порядку, законопослушность и пунктуальность немцев —  в большинстве случаев чистая правда. И мне это нравится. Но есть и странные вещи. Например, владелец квартиры, которую мы арендуем, живет прямо над нами. И вот он как-то попросил нас не принимать утром душ, поскольку шум воды мешает ему спать. На мой взгляд, это абсолютно неприемлемая и неэтичная просьба, люди принимают душ, когда им удобно, тем более, что установленное законом «время тишины» мы не нарушаем. Но для немцев подобные просьбы, видимо, в порядке вещей. К слову, эту просьбу мы не удовлетворили. Немцы – довольно закрытые люди. Они дружелюбны, улыбчивы, всегда готовы помочь. Но близко к себе не подпускают.

— Сколько по-твоему должен длиться процесс адаптации?

-Я думаю, что универсального ответа на этот вопрос не существует. Всё – очень индивидуально. Зависит от того, насколько человек был готов к эмиграции, что явилось причиной отъезда, насколько зрелым и осознанным было это решение. С каким профессиональным, языковым и финансовым багажом человек приехал. Важны также и цели, которые человек ставит себе в первые годы эмиграции. Очевидно, что человек, который приехал без знания языка в надежде на социальную помощь, будет адаптироваться иначе, чем человек, отлично знающий язык и быстро начавший работать. Кроме того, нельзя забывать и про физическую адаптацию. Меняется климат, пища, вода. Организм испытывает мощнейший стресс. Поэтому состояние здоровья и стрессоустойчивость тоже играют роль.

— Эмигранты, в основном, интересуются политикой страны, откуда они приехали, а не событиями, которые происходят там, где они теперь живут.  Как ты думаешь, с чем это связано?

— Это – хороший вопрос.  Для большинства людей слово «родина» – не пустой звук. То, что мы переехали в другую страну и строим жизнь в новом обществе, не означает, что мы должны полностью забыть свои корни. У многих эмигрантов на родине остались родные, друзья, а часто имущество и бизнес. Кому-то приходится регулярно ездить на родину, не все могут и хотят полностью рвать связи.  Есть и такие, кто радуется плохим новостям с родины. Для них это своего рода дополнительное оправдание собственного переезда. Что касается меня, то последние события в России вызывают исключительно боль и печаль. Мне очень грустно от происходящего там.

— Согласна ли ты с распространённым мнением о том, что «хорошо там, где нас нет»?

— Не согласна. Мне хорошо там, где я сейчас. Безусловно, рая на земле не существует. Везде есть свои минусы. Но с некоторыми минусами можно мириться, а с некоторыми нельзя. И это – вопрос исключительно личных приоритетов.

 

Беседовал Евгений Кудряц

=========================================================

[i] Когда «бывалые» эмигранты считают, что ты сама должна до всего дойти, без их помощи, поэтому они крайне неохотно делятся с нужной информацией

[ii] Когда эмигранты рассказывают о себе небылицы о том, что ни в «прошлой жизни» были большими людьми и занимали высокие посты, что, в основном, не соответствует действительности.

 

Pin It on Pinterest