«Я подумаю об этом завтра», — говорила незабвенная Скарлетт О’Хара и спокойно ложилась спать. Завтра она думала о голоде, нищете, туманном будущем и мрачном настоящем. Однако Скарлетт — героиня сугубо книжная. А вот реально существующим российским женщинам думы о жизни откладывать в долгий ящик под названием «Разберу завтра» некогда. Ведь этого завтра может не быть. Точнее, завтра наступит в любом случае, только женщины в нем уже не будет. Нет, не берутся в расчет смерть после тяжелых болезней или несчастный случай. Причина другая. Насилие. И речь не о нападении на вас в темном парке или подъезде.

Это насилие совершается при свете дня, знакомыми людьми и в домашней обстановке. Потому что это — домашнее насилие. Его жертвы — слабые звенья общества: женщины. Насилие — это демонстрация превосходства, превосходства физического. И здесь у женщины нет шансов. Даже самый хилый мужчина в силах избить до реанимации.

Буквально каждая может вспомнить случаи проявления агрессии. Возможно, это происходило не с ней. С соседкой, подругой, сестрой. Но об этом не принято говорить. В обществе не вызывает удивления картина, когда парень резко хватает девушку за руку и заставляет сесть в машину. Привычно видеть шествующую немолодую пару, где женщина тащит на себе нетрезвого супруга, он замахивается на нее, она уворачивается и они идут спокойно дальше. На улицах встречаются женщины, девушки и совсем молодые девчонки с синяками на лицах, увы, они не все занимаются боксом, чтобы списать на спортивные травмы. Многие из нас, сидя в своих квартирах, слышат крики, ссоры, скандалы этажом ниже или выше, квартирой левее или правее. Там истошно вопят и бьют посуду. Но готов кто-то вмешаться? Я — нет. Я тоже женщина и мне страшно. Животный страх.

Истории героинь двух следующих абзацев можно публиковать с хештегом #янебоюсьсказать. И они затеряются в миллионах подобных абзацев. Одиночество, страх и отсутствие веры в справедливость — эти черты объединяют всех жертв и являются маркерами беззащитности.

…Тане сейчас 20, она из, так называемого, поколения миллениалов. У нее точеная фигурка и обаятельная улыбка. При довольно высоком росте ее вес никогда не превышал отметки — 45 кг. Что вызывало зависть подруг и знакомых. Сейчас девушка проходит стажировку в одном из банков и надеется получить работу. Впервые она столкнулась с насилием в 15 лет. Когда ее изнасиловал ее же парень. Так не бывает? Бывает, еще как. А в 16 она пришла в школу с замотанным вокруг шеи шарфом. И все шуточки одноклассников на тему «засосы — следы любви, не стесняйся, сними шарф» прекратились, когда этот шарф был приподнят, а под ним оказались мужские руки, отпечатавшиеся в синяках. Жуткое зрелище. Патологическая ревность все того же парня дошла до шекспировской сцены с удушением.

…Маше столько же лет, сколько предыдущей героине. Её молодой человек, за отказ заняться с ним сексом прямо здесь и сейчас, в приступе гнева столкнул девушку с мотоцикла и волоком как, простите, мешок с картошкой, потащил по асфальту, газону и кустарникам. Но если Таню душили в подворотне, то бойфренд Маши выбрал оживленную улицу и «наказывал» за непокорность на глазах десятков людей. Во что превратилось тело девушки и сколько на нем было синяков, думаю, пояснять не требуется.

Вспоминается реакция общества, а в первом случае — школы. Не было ее, этой реакции. Закрыли глаза и все. Как дети, которые скрестив за спиной пальцы, думают, что они «в домике». И если детям так делать можно, то взрослым — нет.

Сложно посчитать всех жертв домашнего насилия, да и с пристальным вниманием этим вопросом никто не занимается. К тому же, с декриминализацией семейных побоев, глаза на проблему прикрыли полностью. Приходится их широко раскрывать только в исключительных случаях.

Таких, как например, произошедшем пару недель назад в Ростовской области, где полицейский расстрелял автомобиль, в котором находилась его бывшая жена и ее отец. Женщину спасти не удалось. Или таких: история из Орла прогремела на всю страну.  Там женщина обращалась в полицию, просила помощи, умоляла защитить от бывшего сожителя, но услышала лишь леденящую душу реплику одной из сотрудниц: «Если вас убьют, мы обязательно выедем, труп опишем». Это и пришлось сделать сотрудникам полиции через некоторое время.

Последние несколько лет значимых опросов и исследований на тему домашнего насилия не проводилось. Однако, если верить норвежскому изданию, ежегодно в России порядка 600 000 женщин подвергаются насилию со стороны партнера. 600 000 — это население довольно крупного города. Как Владивосток или Ярославль. 

«Милые бранятся — только тешатся», — говорят в народе. Лишь бы до ссадин и кровоподтеков эта брань не доводила.

Поделиться в соц. сетях

Этот материал оказался полезным?

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

03.08.2017 22:10

автор: